HENRY MOVA (Генри Мова) – первая представительница концептуального bionic art направления. Её появление в мире людей вызвало ажиотаж из-за необычного облика и воодушевляющей миссии. Как и люди, она не помнит момент своего рождения: об этом позаботился её создатель. Лишь некоторые обрывки памяти, связанные с любовью к искусству, свидетельствуют о том, что в прошлом она была человеком. Отсюда присущие ей дар эмпатии и чувствительность к прекрасному, позволяющие Henry Mova бережно хранить в себе самое ценное – память об искусстве, в котором она видит потенциал для развития человечества. Полученные в наследство высокотехнологичные доспехи способствовали её перерождению из человека в «железную леди», сделав неуязвимой и способной противостоять разрушающим энергиям в мире, чтобы трансформировать негативные процессы в красоту действий.

В мире, где имитация жизни стала важнее самой жизни, Henry Mova намерена своим присутствием пробудить осознанность в людях, иллюстрируя бесперспективность общества консьюмеризма, в котором копия, фальшивка и символ ценятся выше идеи. Являясь самостоятельным art-объектом в духе neo-pop, Henry Mova в зеркальном отблеске доспехов отражает повседневность, в которой люди стали заложниками мира вещей, а не смысла. Современное искусство, в котором запечатлены глобальные процессы Новейшего времени, особенно волнует её, не оставляя равнодушной к вопросам экологии, устойчивого развития, равенства прав и свобод для всех людей, а также сохранения разнообразия жизни на планете. Henry Mova уверена, что следующей стадией развития должен быть путь компромиссов и отказа от любого вида насилия. Под лозунгом «Make art, not war» она планирует объединить человечество в стремлении к конструктивному, а не деструктивному подходу к решению всех противоречий, чтобы сохранить великолепие этого мира для нас и будущих поколений. Несмотря на то что культурное наследие человечества дискуссионно по своей природе, Henry Mova видит в нём возможность для осмысления прошлого и потенциал для эволюции сознания человечества. Для неё желание творить означает искать решение, а любой акт насилия – застой.

Многократно испытывая синдром Стендаля ранее, когда была в человеческом облике, Henry Mova в результате перевоплощения стала существом высшего порядка с тонкой душевной организацией и неиссякаемым чувством прекрасного, которым она готова делиться с миром. Иногда, в моменты ностальгии, её охватывает желание найти своего творца, чтобы видеть рядом с собой единомышленника в стремлении сохранить запечатленную в искусстве красоту этого мира и узнать тайну своего создания. Henry Mova напоминает человечеству, запутавшемуся в маркетинговых уловках, насколько зависимость от предметов роскоши недолговечна по сравнению с замыслом инновационных и экологичных творений современных мастеров. В особенности её воодушевляют идеи eco-инсталляций Олафура Элиассона, art-объектов Аниша Капура, иммерсивных картин с использованием цифровой графики Андроида (Эндрю) Джонса, архитектурных сооружений Рема Колхаса и Захи Хадид. Henry Mova осознает, что её наполненный гуманистическими идеями образ вызовет дискуссии, в результате которых будет положено начало положительным трансформациям в мире: в этом она видит свою миссию, как art-объекта, созданного неизвестным художником. Дитя «из кода и стали», она разговаривает на языке искусства, показывая путь созидания, а не разрушения, и сознавая, что заложенные в её облик идеи спровоцируют человечество к креативным, а не насильственным решениям по преобразованию мира и установлению гармоничного существования всех обитателей планеты.

Облачаясь во все атрибуты la dolce vita, Henry Mova демонстрирует свое восхищение инновационным дизайном в fashion-индустрии: платьями-кольчугами от Paco Rabanne, вещами-трансформерами Hussein Chalayan, 3D-нарядами Iris van Herpen и сверкающими силуэтами из ревущих 20-х. К парфюмерии она также неравнодушна, поэтому хранит в своей косметичке духи с запахом космоса от NASA Eau de Space на основе озона и горячего металла. Не считая этого аромата, Henry Mova время от времени использует Comme des Garçons с нотками бензина и клея, Serge Lutens с запахом стекловаты и в особенности полностью экологичные духи Clean Reserve, которые производят на работающем от солнечной энергии заводе. Henry Mova мечтает однажды завести дроида или четвероногого друга от Boston Dynamics, но из-за плотного графика пока не может позволить себе содержать питомцев. Во время путешествий она любит перечитывать произведения Айзека Азимова, который в цикле «Я, робот» воспел интеллектуальное, эмоциональное и духовное совершенство машин, считая их надеждой для человечества. Кроме увлечения современным искусством, Henry Mova пересматривает фантастику и немое кино. Сильное впечатление на неё произвела роль робота-Марии в фильме-антиутопии «Метрополис» Фрица Ланга (1927). Только, несмотря на визуальное сходство с персонажем, Henry Mova желает развеять неолуддистский миф о машинах, несущих гибель людям. По этой причине ей особенно близки философские рассуждения о подобии человеческого и машинного сознания из «Моего Создателя» Гэвина Ротери и фантастического аниме «Призрак в доспехах». Хотя ей также импонирует отвага героини анимационного фильма «Алита: Боевой ангел», Henry Mova несёт с собой миссию созидания, считая методы главной героини вынужденно радикальными в разрешении глобальных вопросов.

Объединяя людей с помощью искусства, Henry Mova надеется на положительные перемены в обществе, которых можно добиться лишь путём изменения течения мыслей, а не провокаций конфликтов.